Как Стать Выдающимся: Как Справиться с Поражением

Все мы проходили через это. Это чувство неуверенности в своих силах, неопределенности, страха, боли, смятения. В один момент я невероятно сильно хотел стать величайшим бойцом в мире. В следующий момент, я уже задумываюсь о том, подходит ли мне бокс вообще.

Я ставил на себе крест тысячу раз. Я ненавидел свой джеб, ненавидел свою работу ног, даже ненавидел свой собственный боксерский стиль. Я потерял всю уверенность в своих боксерских способностях. Спорт, в который я был влюблен, стал моим самым злейшим врагом. Я уже практически полностью завязал с боксом, когда вдруг засиял яркий свет в конце туннеля.

1. Азарт

Начало занятий боксом, жизнь иллюзией…

Я должен сказать, что поражение начинается с азарта. Ты должен быть очень увлечен чем то, чтобы по-настоящему «провалиться» в этом.

Мой первый день занятий боксом был одним из самых ярких дней в моей жизни. Я еще даже не зашагнул в зал, а уже думал: «Все будут поражены моей природной мощью!» Я видел достаточно фильмов Рокки и посмотрел достаточно боев. Я никогда раньше не занимался боксом, но я определенно не считал себя новичком. В моей голове, я находился в нескольких месяцах от того, чтобы раскачиваться и нырять, как Майк Тайсон.

Первый день тренировок не мог пройти лучше. Я следовал всем инструкциям своего тренера, идеально их выполняя. Джеб, кросс, левый хук, апперкоты, вся работа ног. Мой тренер сказал, что моя техника идеальна, а моя мощь и скорость НЕВЕРОЯТНЫ. Принимая во внимание то, что другие более опытные бойцы смотрели на меня, оказалось так, что я был совершенно также хорош, как я себе и представлял.

Я не мог дождаться того, чтобы вернуться в зал на следующий день. Я не мог дождаться того, чтобы купить свои собственные перчатки. Я на ура принял свое новое самоопределение в качестве боксера. И не просто боксера, а одного из величайших на все времена.

2. Осознание

Проигрывание боев, подвержение унижению, осознание того, что ты не так хорош, как ты думал…

На каком-то этапе бокса, все подвергаются унижению. Иногда это происходит, когда тебя ставит на место твой старый тренер, или, что еще унизительнее—тебя избивает девчонка. Мой уничижительный момент пришел от рук Ригоберто, 20-летнего средневеса. Он был кузеном одного из профессиональных бойцов в нашем зале, и легко перевешивал меня на 7-9кг. Но всё равно, я уверил себя в том, что шансы были в мою пользу. Не то, что бы я видел его, как какого-то соперника инвалида, просто мои иллюзии ошибочно заставляли меня думать, что я лучше него. Вот почему говорят, что твое эго может быть самой опасной вещью для мужчины.

Первый раунд начался с того, что я контролировал центр ринга и навязывал темп. Я давил на него и пробивал множество комбинаций со всех углов. Я не попадал всеми, но я попадал, и я определенно был более агрессивным бойцом. Он, казалось, был шокирован моей скоростью, поэтому я прибавил скорость, чтобы он ощутил ее еще больше. Чем пассивнее он становился, тем более уверенным в себе я становился. И когда еще больше моих ударов стали ложиться на цель, моя уверенность в себе раздулась, словно гигантский воздушный шар.

Во втором раунде этот гигантский воздушный шар был лопнут. Он позволял мне загонять его к канатам, где он слегка оттягивал свою голову от моего удара справа, и возвращался с мощным контр ударом справа. Когда я бил джебы, он выбрасывал более жесткие джебы в ответ. Когда я блокировал его джеб, его удар справа проходил в обход моего блока. Когда я пытался блокировать его джебы и удары справа, его левый хук дробил мои ребра. В какой-то момент он завернулся под моим размашистым хуком и пробил коротким правый прямой мне прямо в живот. Мое тело сотряслось от боли, и я подумал, что я сейчас сблюю.

Я не помнил, чтобы фильм Рокки был таким болезненным. Я больше не хотел быть Рокки; я хотел защитить себя. Я закрывался в страхе, пока Ригоберто уклонялся влево и вправо и заворачивался под всеми моими контр-ударами. Убийственные хуки и кроссы наказывали меня за каждый мой джеб, пролетающий мимо цели. Мои перчатки превратились в очень плохой зонт, пытаясь не давать его ударам сыпаться на меня, словно дождь.

Мой тренер увидел достаточно и остановил бой. Он снял мой шлем и сказал мне делать заминку. Он не сказал мне, провел ли я бой хорошо или плохо. Он не сказал: «Хорошая попытка». Всё, что я услышал, было: «С тебя хватит.» Много людей наблюдали за нашим спаррингом; в предвкушении мисматча (многие из них были фанами моих прошлых сражений). Мой младший брат был там для того, чтобы увидеть, как я убиваю этого гигантского Мексиканского дракона, но вместо этого, он остановил меня во 2 раунде.

И вот так запросто, мое эго разбилось, словно горящий самолет.

3. Усталость

Усталость от бокса, психологическая и физическая…

Я начал уставать от бокса. Поначалу я не знал, была эта усталость психологической или физической, но в итоге, оказалось и первой и второй. Мое тело получало ноющие травмы. Мои плечи постоянно уставали первыми, а нижняя часть спины была зажатой. Я всегда ощущал себя неполноценным в спаррингах; всегда было ощущение, что я мог выиграть спарринг, если бы я был на 100% исцелен. Я больше не только не приходил в зал физически готовым на 100%, я также больше никогда не был готовым на 100% и психологически.

Меня беспокоило всё. Перчатки сидели не так, шлем всегда был слишком расслабленным. Мои бинты и шнуровка постоянно разматывались. Я мог поклясться, что вселенная сговорилась, чтобы устраивать мне боль в животе и спазмы в икрах перед каждым спаррингом. Хотя я по-прежнему оставался одним из самых упорно работающих бойцов в зале, у меня больше не было того азарта по отношению к боксу. Я тренировался, потому что должен был, а не потому что я хотел. Иногда, когда я терял счет повторений на пресс, я просто округлял число и заканчивал.